Friday, February 4, 2011

George Clooney is to film in metro-Detroit!

Сегодня по дороге на работу услышала эту новость, конечно, захотелось узнать, что за фильм и подробности о съемках в моем любимом Кренбруке:

"Christ Church Cranbrook in Bloomfield Hills will be a one-day location next month for Clooney's movie about presidential primary politics, "The Ides of March," according to the church's e-newsletter. The Oscar-winning actor is directing and starring in the project, which has scouted several sites in southeast Michigan".




Оказалось, мой шеф - Билл является членом этого прихода и добавил, что недавно прихожане получили e-mail об этих съемках в марте месяце.
Места в двух первых рядах на день съемок можно приобрести на аукционе.

Thursday, February 3, 2011

"Barney's Version"

Really want to see this one before the Oscar's...

Рождественская притча.

Очень тронуло.
У моего незнакомого виртуального друга все стихи очень поучительные, разумные, целительные...
Врач по профессии, лечащий не только тело, но и душу.


Кому нужен Сын?

Молчит событий клавесин, где это всё происходило,
Жила семья – отец и сын, и страстно живопись любила!
Старик – судья, сын – капитан, счета немалые имели,
Но уходил их капитал на Пикассо и Рафаэля.
И вечерами насладясь, искусством в личной галерее,
Искали с прошлой жизнью связь, в героях гибнущей Помпеи.
Но вот беда – пришел пожар, ордой Батыя завывая,
Сын в дом соседский побежал, погиб четвёртого спасая.
Совсем от горя сдал отец, но как-то раз в начале лета,
В дверь постучался молодец, с большим, загадочным пакетом.
«Я тот, кого ваш сын спасал, звездой сгорел в своём зените,
Портрет спасителя создал, прошу Вас искренне, примите!»
«Как он похож!» - шептал старик – «Дождался от него известья!»
В гортани боли замер крик, повесил холст на видном месте.
Прожил недолго, всё хворал, на Пасху слёг и канул в небыль,
Прощальный Моцарта хорал, за душу брал и рвался в небо.
И вот Большой аукцион, пришли банкиры и вельможи,
Чтобы купить волшебный сон, готовы вылезти из кожи.
Ударил гонг и вместе с ним, картина «Сын» - «Кто цену скажет?»
Из зала крик: «Зачем нам сын! Скорей Ван Гога пусть покажут!»
Ведущий снова объявил, что первый лот с портретом Сына,
Но кто-то громко завопил: «Хотим полотен исполинов»
И в третий раз звучит вопрос: «Прекрасный холст! Кто хочет Сына?»
Садовник старый произнёс: «Я беден, но добра картина!»
И десять долларов поднял, над головою убелённой,
«Пусть заберёт!» - взорвался зал, забрал и вышел удивлённый.
« Ну, наконец!» - гудел партер – «Изрядно нам трепали нервы,
Не этим жил миллионер, несите лучшие шедевры!»
Но, помолчав, отложив гонг, ведущий выдал на прощанье:
«Всё! Завершен аукцион, с одной картиной в завещаньи!»
«Никто из вас, не приняв Сына, не получил, чем дед владел!
Сады, именье и картины тому достались, кто сумел!
«Вы плохо Библию читали, Бог Сына к падшим посылал!»
Глаза страдая, вопрошали: «Вам нужен Спас? Его я дал!»
Дитя из сердца вынул с кровью, наполнив время-колесо,
Всеисцеляющей любовью! Кто с Ним пойдёт – получит всё!

Ю. Калушев г. Азов 10.01.2011г. стихотворное прочтение притчи

Tuesday, February 1, 2011

"Об одиночестве моем..."



На ярком облаке покоясь,
ты проплываешь надо мной.
Под липами, в траве сырой
я отыскал твой узкий пояс.
Он ослепляет серебром...
Я удаляюсь. В песне четкой
я расскажу дриаде кроткой
об одиночестве моем.
Под липами - ручей певучий,
темнеют быстрые струи.
Подкидывают соловьи
цветные шарики созвучий...
Вот и янтарная луна.
В луче вечернем, чародейном,
ты дуновеньем легковейным
на небеса унесена...

* * *

Разбились облака. Алмазы дождевые,
сверкая, капают то тише, то быстрей
с благоухающих, взволнованных ветвей.
Так Богу на ладонь дни катятся людские,
так - отрывается дыханьем бытия
и звучно падает в пределы неземные
песнь каждая моя...

* * *

Есть в одиночестве свобода,
и сладость — в вымыслах благих.
Звезду, снежинку, каплю меда
я заключаю в стих.

И, еженочно умирая,
я рад воскреснуть в должный час,
и новый день — росянка рая,
а прошлый день — алмаз.

Набоков Владимир

Безразмерный бюстгалтер из Калифорнии, или крЭм для "выражения лица"...

Нашла это в контакте, отпад...

В планах...

St. Petersburg Philharmonic
Yuri Temirkanov, conductor
Nikolai Lugansky, piano
University of Michigan: Hill Auditorium
Ann Arbor, Michigan
Saturday, 2 April 2011 - 8:00 PM

Program
· Rimsky-Korsakov : Scheherazade, Op. 35 (1888)
· Rachmaninoff : Piano Concerto No. 2 in c minor.

"Cобытие" и "Элизиум" A.Эшпая

Фильмов в России сейчас снимают много: в погоне за славой, для зрителя, ради ублажения собственного Я. Проблемы развития киноязыка уже мало кого волнуют. Не время - кризис на дворе. Он-то и диктует правила игры. Но всё-таки есть повод и для оптимизма: последний фильм Андрея Эшпая «Событие» стал настоящим событием для тех, кто уже разуверился увидеть в российском кинематографе поиск новой формы не в ущерб искренности и художественный взгляд на мир не в ущерб человеческому.

Фильм снят по мотивам произведения Владимира Набокова.

История художника Трощейкина, его жены Любы, ее матери и сестры. Они живут за границей, в провинциальном маленьком городке, населенном соотечественниками. Неожиданное возвращение в город некого Барбашина переворачивает жизнь семьи. Пять лет назад в припадке ревности этот человек стрелял в Трощейкина и его жену, ранил их и, попав на шесть лет в тюрьму, пообещал вернуться и закончить начатое…

Актеры: Чулпан Хаматова, Игорь Гордин, Сергей Перелыгин, Евгения Симонова, Зоя Симонова-Кайдановская, Сергей Дрейден, Евгений Цыганов, Инга Оболдина (Стрелкова), Ольга Прокофьева, Юрий Колокольников.

нифигассе состав, надо срочно порыться на трекерах...

***

Фильм о Николае Гумилеве

Андрей Эшпай, режиссер:

- Это мое признание в любви к той нити великого поэтического кинематографа, на котором мы все были воспитаны и который сейчас уходит. Все сильно меняется. И фестивальное, и авторское кино - все другое. В "Элизиуме", например, присутствует и ранний кинематограф Михалкова, и какие-то элементы от Тарковского. Длина кадра, жизнь внутри кадра - это, по всей видимости, от Алексея Юрьевича Германа. И я это все умышленно применял. Используя не откровенные цитаты, конечно, но элементы, являющиеся, как мне представляется, нашей традицией, от которой отказываться совершенно не стоит.

Литературность для кино - большая сложность, и мы искали форму. Для меня важно было передать ощущение непрерывного движения, которое хотелось создать как раз в противовес веком утвержденному принципу деления: крупный план, средний, деталь, общий. Деталь, общий, крупный, средний, дальний - и так далее. В фильме все это соединено в единое движение и было принципом, очень труднодостижимым технически, но тем не менее мы его осуществили. Что, мне кажется, дало возможность рассказать историю о поэте. В противном случае возникали бы сразу какие-то ненужные акценты, подчеркивания, наивная поэтичность, от которой я пытался уйти.

Основная сложность истории заключалась в том, что Черубины де Габриак, с одной стороны, не существовало, а с другой стороны, она совершенно реально присутствовала в сознании Тучкова. Собственно, из-за этого и возникли трансформации первоначального сценария - как это сделать, как это объяснить, как кинематографически найти этому выражение. Мне хотелось соединить два пространства и материализовать мечты поэта.

О чем наш фильм... Для меня - о людях, которые, на первый взгляд, не были нужны никому. В чем и заключался весь ужас, кошмар и трагедия Серебряного века. В любой эпохе живут выдающиеся творческие натуры, которые сочиняют музыку, пишут стихи. Элизиум в данном случае - это тютчевское "Душа моя, Элизиум теней, что общего меж жизнью и тобою! Меж вами, призраки минувших, лучших дней, и сей бесчувственной толпою?.." Мы вроде бы ощущаем их ненужность, но вместе с тем, возможно, человечество вообще существует для того, чтобы рождались подобные стихи. Это противоречие любой эпохи. И мне было интересно исследовать феноменальную способность в сознании, в подсознании нести сумасшедшую влюбленность - к стихам, к образу, к женщине. То есть некое возвышенное соединение. А ситуация, когда в конечном итоге все рассыпается и комната, где должна была обитать прекрасная поэтесса, оказывается пустой, я думаю, проходит через судьбы практически всех. Когда мы несем в себе высочайшие образы, а они потом рушатся. Со страшной, страшной силой. Как великолепное здание, построенное в нашем воображении, в нашей фантазии нашей любовью, вмиг превращается в развалины... Но, увы, жизнь бывает очень жестока и даже с лучшими представителями человечества обходится как-то по-своему...